КоАП РБ 2017

Статья 227. Дела, рассматриваемые в порядке упрощенного производства

1. В порядке упрощенного производства подлежат рассмотрению дела:

  • 1) по исковым заявлениям о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц восемьсот тысяч рублей, для индивидуальных предпринимателей четыреста тысяч рублей;
  • 2) об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если в соответствующих ненормативном правовом акте, решении содержится требование об уплате денежных средств или предусмотрено взыскание денежных средств либо обращение взыскания на иное имущество заявителя при условии, что указанные акты, решения оспариваются заявителем в части требования об уплате денежных средств или взыскания денежных средств либо обращения взыскания на иное имущество заявителя и при этом оспариваемая заявителем сумма не превышает сто тысяч рублей;
  • 3) о привлечении к административной ответственности, если за совершение административного правонарушения законом установлено административное наказание в виде предупреждения или административного штрафа, максимальный размер которого не превышает сто тысяч рублей;
  • 4) об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности, если за совершение административного правонарушения назначено административное наказание в виде предупреждения или административного штрафа, размер которого не превышает сто тысяч рублей;
  • 5) о взыскании обязательных платежей и санкций, если указанный в заявлении общий размер подлежащей взысканию денежной суммы не превышает двести тысяч рублей, за исключением дел, рассматриваемых в порядке приказного производства.

2. В порядке упрощенного производства независимо от цены иска подлежат рассмотрению дела:

  • 1) по искам, основанным на представленных истцом документах, устанавливающих денежные обязательства ответчика, которые ответчиком признаются, но не исполняются, и (или) на документах, подтверждающих задолженность по договору, за исключением дел, рассматриваемых в порядке приказного производства;
  • 2) по требованиям, основанным на совершенном нотариусом протесте векселя в неплатеже, неакцепте и недатировании акцепта, за исключением дел, рассматриваемых в порядке приказного производства.

3. По ходатайству истца при согласии ответчика или по инициативе суда при согласии сторон в порядке упрощенного производства могут быть рассмотрены также иные дела, если не имеется обстоятельств, указанных в части 5 настоящей статьи.

4. Не подлежат рассмотрению в порядке упрощенного производства дела об оспаривании решений и действий (бездействия) должностного лица службы судебных приставов, дела, относящиеся к подсудности Суда по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции, дела о несостоятельности (банкротстве), дела по корпоративным спорам, дела о защите прав и законных интересов группы лиц, дела, связанные с обращением взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

5. Суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что:

  • 1) порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны;
  • 2) необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания;
  • 3) заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц.

6. В определении о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства указываются действия, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроки совершения этих действий. После вынесения определения рассмотрение дела производится с самого начала, за исключением случаев, если переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства вызван необходимостью провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания.

7. В случае, если заявлены два требования, которые вытекают из гражданских правоотношений, при этом одно из которых носит имущественный характер и относится к требованиям, указанным в части 1 или 2 настоящей статьи, а второе требование носит неимущественный характер и суд не выделит это требование в отдельное производство на основании части 3 статьи 130 настоящего Кодекса, оба требования рассматриваются в порядке упрощенного производства.

Комментарий к Ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса РФ

1. С учетом условий, предусмотренных ст. 226 Кодекса, ст. 227 дает перечень дел, которые могут быть рассмотрены в порядке упрощенного производства. Перечень этот не является исчерпывающим, поскольку п. 4 ст. 227 Кодекса позволяет использовать правила упрощенного производства и по иным заявленным требованиям, если при этом могут быть соблюдены условия, закрепленные ст. 226 АПК РФ.

Нужно, однако, иметь в виду, что размер незначительных сумм, позволяющих предъявлять иски в порядке упрощенного производства, четко определен п. 3 ст. 227 и выходить за их границы невозможно без внесения соответствующих изменений в АПК РФ. Следовательно, применительно к этому основанию для рассмотрения дела в порядке упрощенного производства правила ст. 227 Кодекса носят исчерпывающий характер.

Что касается вида дел, предусмотренных п. 1 и п. 2 ст. 227 АПК РФ, то их перечисление не является исчерпывающим, и поэтому при отнесении и иного, не упомянутого в п. 1 ст. 227 АПК РФ, требования к числу бесспорных либо признанных ответчиком можно воспользоваться упрощенным производством. Важно, чтобы при этом был соблюден один из двух критериев — бесспорность заявленного требования или признание имущественных требований ответчиком.

2. Исходя из критериев, закрепленных в ст. 226, рассматриваемая статья более детально раскрывает перечень дел, которые могут быть рассмотрены в порядке упрощенного производства.

Дела, упомянутые в п. 1 ст. 227 Кодекса, касаются имущественных требований, носящих бесспорный характер, они основаны на документах, связанных с эксплуатацией помещений в целях осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. В рассматриваемых случаях суду представляются документы строго установленной формы, надлежаще оформленные и с бесспорностью подтверждающие задолженность должника (ответчика). Таким образом, бесспорность требований опирается на бесспорность документов, их подтверждающих. Но более точно будет говорить о том, что в рассматриваемых случаях речь скорее идет о презумпции бесспорности требований при предъявлении надлежащим образом оформленных документов. Как всякая презумпция, она может быть оспорена, т.е. ответчик согласно ч. 3 ст. 228 и ч. 1 ст. 229 Кодекса может представить возражения по существу заявленных требований, и тогда дело будет рассматриваться в обычном исковом порядке.

3. Упрощенное производство также возможно в случаях признания ответчиком своих имущественных обязательств. Признание ответчиком обязательства должно быть оформлено в письменном виде, поскольку упрощенный процесс, согласно ч. 4 ст. 228 Кодекса, носит строго письменный характер.

В отличие от дел, предусмотренных п. 1 ст. 227, когда бесспорность дела предполагается, по делам, закрепленным п. 2 ст. 227, помимо приложенных истцом к иску документов, требуется еще и признание ответчиком в письменной форме своих имущественных обязательств.

4. Пунктом 3 ст. 227 Кодекса устанавливаются четкие критерии для отнесения требуемых истцом сумм к числу незначительных, тем самым позволяющие использовать упрощенное производство. Эти суммы должны определенным образом соотноситься с минимальным размером оплаты труда. Для юридических лиц этот размер составляет до 200 минимальных размеров оплаты труда, а по искам индивидуальных предпринимателей — до 20. Какие-либо отступления от указанных размеров могут быть предусмотрены только путем внесения соответствующих изменений в АПК РФ.

Беларусь. 31 января 2018 года вступили в силу изменения в КоАП, смягчающие ответственность, в том числе при осуществлении международных автоперевозок

С 31 января 2018 года вступили в силу поправки в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее — КоАП) и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – ПИКоАП), принятые Законом Республики Беларусь от 08.01.2018 N 95-З «О внесении изменений и дополнений в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях» (далее – Закон).

В КоАП нашли отражения инициативы Ассоциации «БАМАП», внесенные по предложениям членов ассоциации, в части введения оснований, исключающих административную ответственность при незначительном причинении вреда, а также снижения предела ответственности за нарушение порядка участия в дорожном движении тяжеловесных и (или) крупногабаритных транспортных средств (статья 18.43 КоАП в ред. Закона) с 20 до 5 базовых величин.

Остановимся подробнее на изменениях норм КоАП, затрагивающих деятельность международных автоперевозчиков.

1. Законом вводится условие привлечения субъектов хозяйствования к административной ответственности — причинение вреда. Юридические лица и индивидуальные предприниматели будут отвечать за нарушения в области предпринимательской деятельности, финансов, рынка ценных бумаг и банковской деятельности, за налоговые и таможенные нарушения при наличии хотя бы одного из следующих условий (ч. 4 ст. 4.8 КоАП в ред. Закона):

— если причинили или могли причинить вред жизни или здоровью граждан;

— если имущественный вред составил свыше 40 базовых величин. Размер базовой будет определяться на день совершения правонарушения. Если такой день установить невозможно — то на день обнаружения (примечание к ст. 4.8 КоАП в ред. Закона);

— если стоимость предмета правонарушения (или сумма сделки, хозяйственной операции, совершенной с нарушением законодательства; сумма дохода, подлежащего конфискации) превысила 40 базовых величин.

В иных ситуациях к ответственности смогут привлечь только виновного работника организации. Однако, есть и исключения, когда организация будет отвечать в любом случае. Например, по ст. 11.43КоАП при нарушении порядка проведения внешнеторговых операций (ч. 4 ст. 4.8 КоАП в ред. Закона).

При отсутствии вышеперечисленных условий наказание для индивидуального предпринимателя не выйдет за пределы, установленные для физического лица (ч. 1 ст. 4.8 КоАП в ред. Закона).

2. Исключено административное взыскание в виде конфискации за совершение субъектами хозяйствования правонарушений, предусмотренных следующими нормами КоАП:

– ч. 4 ст. 12.17 (приобретение, хранение, использование в производстве, транспортировка, реализация товаров в нарушение установленного законодательством порядка, т.е. без наличия требуемых в предусмотренных законодательством случаях сопроводительных документов, документов, подтверждающих приобретение (поступление) либо отпуск товаров для реализации, или при наличии не соответствующих действительности документов);

— ч. 5–7, 9 и 11 ст. 12.23 (нарушение порядка оборота, перемещения, транзита алкогольной, непищевой спиртосодержащей продукции, непищевого этилового спирта, табачного сырья и табачных изделий);

— ст. 14.2 (недоставка, выдача или передача без разрешения таможенного органа либо утрата находящихся под таможенным контролем товаров или утрата документов на них);

— ст. 14.3 (покидание пункта ввоза или вывоза до завершения в отношении товаров таможенных операций, связанных с выпуском этих товаров);

— ст. 14.4 (нарушение порядка убытия товаров с таможенной территории ЕАЭС);

— ст. 14.5 (недекларирование либо недостоверное декларирование товаров);

— ст. 14.7 (использование находящихся под таможенным контролем транспортных средств в нарушение установленного законодательством порядка).

Взамен конфискации в санкциях указанных норм установлен штраф, размер которого определяется в процентном отношении к стоимости предмета совершенного административного правонарушения (от 10 до 50% от стоимости предмета правонарушения).

Согласно п.п. 1 и 4 ст. 10.27 ПИКоАП обращение в доход государства предмета административного правонарушения при неустановлении лица, совершившего правонарушение, допускается только в двух случаях: если такое имущество запрещено к обороту и при совершении правонарушений, предусмотренных ст. 14.1 КоАП (перемещение товаров через таможенную границу вне пограничных пунктов пропуска либо с сокрытием от таможенного контроля, т.е. с использованием тайников и других способов, затрудняющих их обнаружение).

Кроме того, из ст. 6.12 КоАП исключено примечание, запрещающее замену конфискации на взыскание стоимости в отношении административных таможенных правонарушений. Эта мера позволит при рассмотрении таких дел учитывать права и законные интересы собственников транспортных средств, которые осуществляют их передачу во владение и пользование иным лицам во исполнение гражданско-правовых договоров, например, по договору лизинга.

Дополнено примечание к ст. 14.5 КоАП (недекларирование либо недостоверное декларирование товаров) нормой, предусматривающей освобождение от административной ответственности за недекларирование (ч. 1 этой статьи) и недостоверное декларирование (ч. 3) товаров при условии, что субъект хозяйствования самостоятельно выявил такие нарушения, добровольно сообщил об этом в таможенный орган и исправил ошибку. Для закрепления процессуальных оснований освобождения от ответственности в указанных случаях ст. 9.6 ПИКоАП дополнена таким новым обстоятельством, исключающим административный процесс, как наличие оснований для освобождения от административной ответственности, предусмотренных статьями Особенной части КоАП (п. 11 ч. 1 и п. 8 ч. 2 ст. 9.6 ПИКоАП).

Предусматривается возможность частичной конфискации дохода за незаконную предпринимательскую деятельность (ст. 12.7 КоАП в ред. Закона). Размер конфискации теперь может составлять до 100% дохода, полученного от такой деятельности.

3. Снижаются размеры штрафов по многим составам правонарушений. Например, снижен предел ответственности за нарушение порядка участия в дорожном движении тяжеловесных и (или) крупногабаритных транспортных средств (статья 18.43 КоАП в ред. Закона). Так, в новой редакции КоАП за предусмотренное данной статьей нарушение определена административная ответственность в размере от пяти до пятидесяти базовых величин. Ранее за это административное нарушение был предусмотрен штраф в размере от двадцати до пятидесяти базовых величин. Данное предложение было реализовано в Законе по инициативе Ассоциации «БАМАП».

4. Существенные изменения внесены в главу 18 КоАП «Административные правонарушения против безопасности движения и эксплуатации транспорта».

В статье 18.12 «Нарушение правил эксплуатации транспортного средства» из правонарушений исключена часть 2 «выпуск в эксплуатацию техники с неисправными спидометрами руководителем и (или) иным должностным лицом государственной или иной организации, имеющей долю государственной собственности, или сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоза)».

В статье 18.17. «Нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение потерпевшему легкого телесного повреждения, оставление места дорожно-транспортного происшествия» в части 1 изменен нижний предел штрафа (с трех до двух базовых величин) за нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим транспортным средством, повлекшее причинение потерпевшему легкого телесного повреждения.

Исключена статья 18.18. «Управление транспортным средством лицом, не имеющим документов, предусмотренных правилами дорожного движения».

Отменены фиксированные размеры штрафа и установлены пределы размера ответственности по административным взысканиям, применяемым для правонарушений, указанных в статье 18.20. «Эксплуатация или допуск к участию в дорожном движении транспортного средства без договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств». При этом размер верхнего предела ответственности не превышает ранее установленную фиксированную величину штрафа по соответствующему правонарушению.

Так, за эксплуатацию в дорожном движении транспортного средства без заключения его владельцем договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств предусмотрено наложение штрафа в размере от трех до пяти базовых величин, а на индивидуального предпринимателя или юридическое лицо — от десяти до пятнадцати базовых величин. Ранее за это правонарушение был установлен штраф в размере пяти базовых величин, а на индивидуального предпринимателя или юридическое лицо — пятнадцати базовых величин.

За то же деяние в случае совершения дорожно-транспортного происшествия лицом, уполномоченным управлять таким транспортным средством, предусмотрено наложение штрафа в размере от пяти до десяти базовых величин, а на индивидуального предпринимателя или юридическое лицо — от пятнадцати до двадцати пяти базовых величин. Ранее за это правонарушение был установлен штраф в размере десяти базовых величин, а на индивидуального предпринимателя или юридическое лицо — двадцати пяти базовых величин.

За участие в дорожном движении в Республике Беларусь транспортного средства, зарегистрированного за ее пределами, без договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, имеющего силу на территории Республики Беларусь, влечет наложение штрафа в размере от десяти до двадцати базовых величин. Ранее за это правонарушение был установлен штраф в размере двадцати базовых величин.

В статье 18.26 «Нарушение установленного режима труда и отдыха и требований к его учету при выполнении автомобильных перевозок» некоторые, указанные в статье правонарушения, конкретизированы и дополнены. Так, формулировка правонарушения, указанного в части первой статьи дополнена условием, что правонарушением также является непредставление водителем, выполняющим международную автомобильную перевозку, информации о режиме труда и отдыха за установленный законодательством период времени.

В данную статью добавлено нарушение требований законодательства к использованию контрольного устройства (тахографа), которое может повлечь искажение или утрату данных о режиме труда и отдыха водителя, за исключением случаев, предусмотренных частью первой настоящей статьи, что влечет наложение штрафа в размере от пяти до десяти базовых величин.

Формулировка правонарушения, указанного в части четвертой (ранее третьей) дополнена условием, что правонарушением также является нарушение предусмотренных законодательством сроков хранения информации о режиме труда и отдыха водителя.

Статья 18.42. «Осуществление международной автомобильной перевозки без разрешения или управление транспортным средством без международного сертификата технического осмотра» разделена на два отдельных правонарушения с разными пределами размеров административных взысканий: одно за нарушение осуществления международной автомобильной перевозки пассажиров или грузов по территории Республики Беларусь транспортным средством, принадлежащим иностранному перевозчику, без разрешения на осуществление такой перевозки, другое – за нарушение осуществления такой перевозки без наличия действующего международного сертификата технического осмотра транспортного средства.

5. Расширен перечень правонарушений, по которым предусматриваются предупреждения.

Например, предупреждение вынесут за такое формальное нарушение, как просрочка представления налоговой декларации до 3-х рабочих дней (ст. 13.4 КоАП в ред. Закона).

6. Расширяется перечень обстоятельств, при которых деяние не считается административным правонарушением.

Так, не будет правонарушением невнесение или несвоевременное внесение юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем таможенного платежа, если он не превышает 1% от уплаченных сумм за каждый календарный год. При этом вред государству надо возместить в течение 3 рабочих дней после подписания акта проверки. Это правило распространяется и на нарушения должностного лица организации (абз. 5 ст. 5.5 КоАП в ред. Закона).

— добровольное прекращение противоправного поведения;

— добровольное сообщение о нарушении в орган, ведущий административный процесс;

— содействие в установлении необходимых обстоятельств.

8. Организации и индивидуальные предприниматели получили право на отсрочку (рассрочку) исполнения взыскания стоимости предмета правонарушения, его орудий и средств (ч. 1 и 2 ст. 14.7 ПИКоАП в ред. Закона). Отсрочка или рассрочка возможна как по инициативе органа, наложившего взыскание, так и по просьбе виновного лица. Раньше она предусматривалась только для штрафа или конфискации дохода (выручки).

Таким образом, после вступления в силу Закона существенно сократится сфера применения не только института конфискации, но и института обращения в доход государства имущества в случае неустановления лица, совершившего правонарушение, – за правонарушения, связанные с осуществлением экономической деятельности (в области предпринимательской деятельности и против порядка таможенного регулирования).

Обращаем внимание, что Закон имеет обратную силу, поскольку смягчает ответственность и улучшает положение организаций, индивидуальных предпринимателей и физических лиц. Он распространяется и на правонарушения, совершенные до 31 января 2018 года, по которым не исполнено постановление о наложении взыскания.

О коллизии норм УК и нового КОАП республики Беларусь

В.В. Марчук

В новом КоАП Республики Беларусь, созданном на основе достижений правовой науки и международного законодательного опыта, закреплено много положений, позволяющих правоприменителю давать адекватную правовую оценку соответствующим правонарушениям. Вместе с тем, анализ некоторых норм нового КоАП и соответственно норм УК Республики Беларусь показывает, что определение противоправности некоторых деяний порождает проблему выбора нормы, подлежащей применению.

Так, согласно ст. 9.7 КоАП Республики Беларусь одним из альтернативных вариантов административного правонарушения является принуждение к участию в собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании. Статья 196 УК Республики Беларусь предусматривает уголовную ответственность за принуждение к участию в названных мероприятиях в случае, если способом принуждения являлось применение к потерпевшему физического насилия либо существовала реальная угроза его применения. Сопоставляя нормы, предусмотренные ст. 196 УК и ст. 9.7 КоАП Республики Беларусь, можно предположить, что в административно-правовом порядке в данном случае ответственность должна наступать при наличии иных способов принуждения: угрозы уничтожения или повреждения имущества потерпевшего, шантажа, угрозы ущемления прав, свобод и законных интересов потерпевшего. Однако систематическое толкование правовых норм дает основание для иного вывода. Дело в том, что принуждение лица к выполнению или невыполнению какого-либо действия, сопряженное с соответствующим видом угрозы, является существенным нарушением личной свободы человека ( в том числе и гарантированной ст. 35 Конституции Республики Беларусь свободы собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования). Учитывая характер общественной опасности принуждения, законодатель предусмотрел в УК Республики Беларусь общую норму (ст. 185 УК), которая охватывает те варианты принуждения, которые не предусмотрены в иных нормах Особенной части УК. Установление административной ответственности за принуждение к участию в митинге или ином мероприятии вызывает сомнение в обоснованности установления такого рода административно-правового запрета и порождает коллизию между уголовно-правовой и административно-правовой нормой. Следует заметить, что в КоАП Республики Беларусь 1984 г. не предусматривалась административная ответственность за принуждение к совершению каких-либо действий.

Есть основания говорить и о конкуренции некоторых положений, содержащихся в ст. 1931 УК и ст. 9.9 КоАП Республики Беларусь. В части 1 ст. 9.9 КоАП, в частности, предусмотрена административная ответственность за руководство религиозной организацией без государственной регистрации в установленном порядке. Одним из вариантов преступного поведения, указанного в ч. 1 ст. 1931 УК Республики Беларусь, является организация деятельности либо участие в деятельности религиозной организации, не прошедших в установленном порядке государственную регистрацию. Следует полагать, что к руководству религиозной организацией необходимо относить действия, направленные на управление деятельностью фактически созданной религиозной организации. В сопоставляемых нормах есть формальное различие в терминологии. В уголовном праве применительно к статьям УК, в которых употребляются термины » организация» или » руководство» какой-либо деятельностью этим терминам придаются разные значения. Однако в УК Республики Беларусь есть нормы, в которых речь идет только об организации соответствующей деятельности (напр., ст. 3711 УК предусматривает ответственность за организацию незаконной миграции). В таких случаях в источниках доктринального толкования уголовного закона правоведы понятие » организации» соответствующей деятельности трактуют расширительно: к » организации» относят и » руководство» такой деятельностью. Если признавать, что руководство незарегистрированной религиозной организацией не подпадает под признаки » организации деятельности», то тогда непонятно, почему рядовое участие в деятельности незарегистрированной религиозной организации является преступлением ( ст. 1931 УК), а руководство такой организацией – административным правонарушением? Но если считать, что «руководство» в данном случае есть форма «организации деятельности», то возникает вопрос о том, какая норма должна применяться в случае такого варианта нарушения законодательства о свободе вероисповеданий и религиозных организациях: ч. 1 ст. 9.9 КоАП либо ст. 1931 УК?

Анализ норм УК и нового КоАП показывает и иные противоречия, изложить которые в полном объеме не представляется возможным. Главное, на что хотелось бы обратить внимание. Существующие коллизии между нормами УК и КоАП Республики Беларусь, несомненно, порождают вопрос о том, каким правилом ( принципом) следует руководствоваться при разрешении такого рода коллизий в целях правильной правовой оценки соответствующего поведения.

В ч. 2 ст. 9 КоАП 1984 г. было закреплено положение о том, что » административная ответственность за правонарушения, предусмотренные статьями Особенной части настоящего Кодекса, наступает, если эти правонарушения по своему характеру не влекут за собой в соответствии с действующим законодательством уголовной ответственности». Подобного положения, указывающего на приоритет уголовной ответственности, в новом КоАП Республики Беларусь не содержится.

Объявление:

В юриспруденции существует правило: если имеются расхождения между актами равной юридической силы, изданными одним и тем же правотворческим органом, то применяется акт, изданный позднее. Такой порядок разрешения юридических коллизий закреплен в ст. 71 Закона Республики Беларусь от 10.01.2000 г. , № 361-З » О нормативных правовых актах». Данное правило обусловлено тем, что законодатель не всегда может своевременно отменить ранее принятую норму ( нормы) иного нормативного акта. Этот момент был отражен в ст. 3 Закона Республики Беларусь от 31.12.2006 г. , № 208-З «О введении в действие Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях»: до приведения законодательства Республики Беларусь в соответствие с КоАП и ПИКоАП акты законодательства Республики Беларусь применяются в той части, в которой они им не противоречат. С момента вступления в силу нового КоАП Республики Беларусь прошло более 7 месяцев. За этот период было принято 9 законов, которыми вносились изменения и дополнения в действующий УК и КоАП Республики Беларусь. Ни в одном из них не было принято соответствующего законодательного решения о преодолении указанных коллизий.

Представляется, что возбуждение уголовного дела при наличии коллизии между уголовно-правовой и административно-правовой нормами будет порождать предпосылку нарушения презумпции невиновности. Такого рода коллизия неизбежно будет вызывать сомнение в обоснованности предъявления обвинения, которое согласно ч. 3 ст. 16 УПК Республики Беларусь должно толковаться в пользу обвиняемого.

О соотношении норм уголовного и административного законодательства

Питецкий В.В., кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права Сибирского федерального университета.

Статья посвящена особенностям соотношения норм уголовного и административного законодательства. На основе анализа различных вариантов соотношения норм предлагается решение проблемы «приоритета» одной отрасли права на другой.

Ключевые слова: уголовное законодательство, административное законодательство, соотношение норм.

Нормы уголовного и административного законодательства, являясь по своей природе охранительными, обладают существенным сходством по форме и по содержанию. Данное обстоятельство нередко приводит к тому, что возникают проблемы в их разграничении и применении. Как известно, охранительные нормы указанных отраслей права одновременно применяться не должны, что противоречило бы принципам законности и справедливости.

Анализ соотношения составов уголовных и административных правонарушений показывает, что законодатель подходит к этому вопросу дифференцированно. Наиболее типичным и закономерным является такое соотношение, при котором составы преступлений и административных правонарушений закрепляют некоторые общие признаки, но по каким-то признакам различаются. Специфика последних определяет материальную правовую природу деяния. Для составов преступлений характерными являются признаки, повышающие опасность деяния, административные составы закрепляют признаки, исключающие общественную опасность (ст. 2.1 КоАП РФ). Такое соотношение составов в теории квалификации правонарушений получило наименование смежного. Смежные составы обладают некоторыми общими для них признаками, но по каким-то признакам различаются, то есть в одном из смежных составов имеется признак, отсутствующий в другом, и наоборот — во втором есть признак, отсутствующий в первом <1>. Как правило, в основе криминализации деяния лежит наступление каких-либо последствий, их качество или размер, которые непосредственно указываются в составе уголовного законодательства. Так, смежными являются ст. 12.24 КоАП РФ, которая предусматривает ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также ст. 264 УК РФ, которая предусматривает ответственность за то же деяние, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека.

<1> Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм. Красноярск, 1998. С. 8 — 9.

Разграничительными могут быть и иные признаки состава, например характер предмета преступления, особенности мотива, сфера деятельности и др. Так, ст. 21.7 КоАП РФ предусматривает ответственность за уничтожение военного билета, а ст. 325 УК РФ учитывает те же действия с официальными документами, штампами или печатями, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности. Ответственность за заведомо ложное заключение эксперта в суде либо при производстве предварительного расследования предусматривается ст. 307 УК РФ; если эти действия совершены при осуществлении государственного контроля, то содеянное является административным правонарушением (ст. 19.26 КоАП РФ).

При образовании смежных составов преступлений и административных правонарушений законодатель для их разграничения нередко использует так называемые «негативные признаки», которые указывают на отсутствие какого-либо свойства деяния (наличие которого, как правило, определяет его общественную опасность и преступность). Например, умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества будет признаваться административным правонарушением, если «не повлекло причинение значительного ущерба» (ст. 7.17 КоАП РФ); самоуправство будет не преступным, если «не повлекло причинение существенного вреда гражданам или юридическим лицам» (ст. 19.1 КоАП РФ) и др.

При смежном характере соотношения норм уголовного и административного законодательства вопрос выбора закона, подлежащего применению, должен решаться в пользу того признака, который отразится в содеянном. Разграничительный характер признаков смежных составов исключает их совпадение. Так, если самоуправство повлекло причинение существенного вреда гражданам или юридическим лицам, то применению подлежит ст. 330 УК РФ, если не повлекло, то применяется КоАП РФ.

Более сложным представляется случай, когда содеянное формально будет содержать все признаки состава преступления и административного правонарушения. Подобные соотношения находят свое отражение в законодательстве. Например, п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» указывает, что «при рассмотрении дел о нарушениях правил оборота оружия и боеприпасов необходимо иметь в виду, что неправомерные действия лица могут содержать одновременно признаки состава как административного правонарушения, так и преступления, в связи с чем необходимо отграничивать виды ответственности владельцев оружия» <2>. Возникает закономерный вопрос: какая ответственность должна наступить при формальной уголовной и административной противоправности?

<2> Бюллетень Верховного суда РФ. 2002. N 12.

По мнению Н.И. Пикурова, «уголовная противоправность поглощает все остальные виды противоправности и последние теряют свое юридическое значение либо существуют обособленно, не сливаясь друг с другом» <3>. М.Н. Белов указывает, что в обоих Кодексах должен быть прописан принцип преобладания уголовного закона над КоАП РФ в случае их коллизии <4>. Подобное положение было закреплено в ст. 10 КоАП РСФСР: «Административная ответственность за правонарушения, предусмотренные настоящим Кодексом, наступает, если эти нарушения по своему характеру не влекут за собой в соответствии с действующим законодательством уголовной ответственности». В действующем административном законодательстве соответствующей нормы о приоритете не содержится, однако согласно п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ обстоятельством, исключающим производство по административному правонарушению, является наличие постановления о возбуждении уголовного дела.

<3> Пикуров Н.И. Квалификация следователем преступлений со смешанной противоправностью. Волгоград, 1988. С. 5.

<4> Белов М.Н. Правоотношения в уголовном праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2002. С. 17.

Высказывается и противоположная точка зрения. Так, в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2003 г. N 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» говорится, что «в случаях, когда допущенное лицом административное правонарушение (например, нарушение правил хранения или ношения оружия и боеприпасов, их продажи, несвоевременная регистрация и перерегистрация оружия и т.п.) содержит также признаки уголовно наказуемого деяния, указанное лицо может быть привлечено лишь к административной ответственности». По мнению В.А. Навроцкого, «при «дублировании» ответственности — когда одни и те же деяния предусмотрены и в УК РФ как преступления, и в КоАП РФ как административные правонарушения, приоритет должен отдаваться закону, предусматривающему менее суровые меры» <5>. В качестве аргумента о необходимости применения административного законодательства иногда указывается на то, что «при прочих равных условиях в случае конкуренции применению подлежит закон, изданный позже остальных» <6>. Последнее утверждение, с нашей точки зрения, неприемлемо. Во-первых, отдельные нормы могут приниматься либо изменяться независимо от времени принятия того или иного нормативного акта в целом. Во-вторых, известно, что правила квалификации при конкуренции норм связаны с особенностями их логического обобщения и не зависят от времени принятия.

<5> Навроцкий В.А. Соотношение уголовно-правовых норм и норм законодательства об административной ответственности // Соотношение преступлений и административных правонарушений. М., 2003. С. 420.
<6> Маевский В. Закон не должен противоречить здравому смыслу // Российская юстиция. 2001. N 5. С. 12.

Можно сделать вывод о том, что вопрос выбора нормы, подлежащей применению в рассматриваемых случаях, не имеет однозначного разрешения. Основные аргументы сводятся к правилам приоритета одной отрасли законодательства над другой. Однако следует учитывать, что в соответствии со ст. 76 Конституции РФ ни один федеральный закон не обладает по отношению к другому федеральному закону большей юридической силой. Каждый из них действует в соответствии с целями и задачами в рамках предмета регулирования. Поэтому дискуссии о приоритете отраслей законодательства представляются не перспективными. Тем не менее в указанных случаях вопрос выбора подлежащей применению нормы может быть решен положительно.

Необходимо отличать случаи противоречия норм законодательства (коллизии), когда существование одной нормы логически не совместимо с другой действующей нормой, и конкуренции норм. При конкуренции норм противоречия не возникает, каждая из них существует правомерно и рассчитана на применение в определенной конкретной ситуации. Поэтому вопрос квалификации содеянного должен решаться не в зависимости от «общих правил приоритета», а от особенности конкретного соотношения норм разных отраслей законодательства. Следует особо отметить, что при конкуренции составов преступлений и административных правонарушений речь не идет о полном терминологическом совпадении всех конструктивных признаков, что свидетельствовало бы о их несовместимости и коллизии.

Анализ соотношения положений законодательства показывает, что признаки конкурирующих норм уголовного и административного права находятся на разных уровнях логического обобщения, то есть предусматривают более общие или частные случаи. Если какое-либо обстоятельство качественно меняет общественную вредность содеянного (в большую или меньшую сторону), законодатель учитывает данное обстоятельство, формулируя специальную норму. Наличие данного специального обстоятельства необходимо учитывать и при квалификации, если оно полно отражается в деянии. Общие и специальные нормы, предусматривающие меры ответственности за деяния, могут находиться в разных законодательных актах. В зависимости от того, в какой отрасли права (уголовном или административном) содержится специальная норма, которая предусматривает данный конкретный случай, и будет определяться правовая природа содеянного. Если в деянии нет всех необходимых признаков специальной нормы, то применению будет подлежать общее положение.

В первой ситуации общая норма предусматривается в уголовном законодательстве, когда наиболее типичным признается такое проявление деяния, при котором оно обладает свойством общественной опасности. Отдельные разновидности этого деяния могут закрепляться в КоАП РФ, когда отражается какое-то качество, которое существенно снижает вредность содеянного и меняет его правовою природу (деяние не признается общественно опасным и преступным). Так, общей следует признать ст. 307 УК РФ, которая предусматривает ответственность за заведомо ложные показания свидетеля, специалиста либо заключение или показание эксперта, а равно заведомо неправильный перевод в суде. Статья 17.9 КоАП РФ предусматривает ответственность за те же деяния при производстве по делу об административном правонарушении. В части судебного производства по административному правонарушению последнюю следует признать специальной по отношению к ст. 307 УК РФ, следовательно, подлежащей применению. Статья 214 УК РФ устанавливает ответственность за вандализм, то есть осквернение зданий или иных сооружений, порчу имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах. Разновидностью вандализма следует признать уничтожение или повреждение телефонов-автоматов (ст. 13.24 КоАП РФ), поэтому при совершении данного деяния должна наступать административная ответственность. Вандализм в смысле ст. 214 УК РФ не должен выражаться в повреждении телефонов-автоматов.

Возможно и обратное соотношение, когда общая норма предусматривается в КоАП РФ, а специальная — в уголовном законодательстве. В данном случае наиболее типичным будет признаваться такое проявление деяния, при котором оно не обладает свойством общественной опасности и не является преступным. Если какая-либо особенность деяния существенно повышает его опасность, то это отражается в уголовном законодательстве и должно учитываться при квалификации. Зачастую в уголовном законе предусматривается ответственность за наступление тяжких последствий по неосторожности в результате нарушения правил, предусмотренных административным правом. Само нарушение указанных правил влечет ответственность по КоАП РФ. Например, ст. 5.27 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение законодательства об охране труда. Данную норму следует признать общей для всех случаев нарушения названных правил. Если нарушение правил охраны труда повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека, то ответственность должна наступать по ст. 143 УК РФ.

Специальные уголовно-правовые нормы рассматриваемого вида могут образовываться и при наличии иных обстоятельств. Так, ст. 6.8 КоАП РФ предусматривает ответственность за незаконные приобретение, хранение, перевозку, изготовление, переработку наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов без цели сбыта (размер наркотических средств, психотропных веществ в диспозиции не указывается). Специальной по отношению к ней, по нашему мнению, следует признать ст. 228 УК РФ, которая предполагает совершение тех же действий в крупном или особо крупном размере.

Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» ст. 130 УК РФ (оскорбление) признана утратившей силу. Данное деяние было закреплено в ст. 5.61 КоАП РФ. Однако эти изменения не привели к полной декриминализации оскорбления. Уголовный кодекс РФ закрепляет специальные нормы, предусматривающие ответственность за оскорбление отдельных категорий субъектов — лиц, участвующих в отправлении правосудия, и участников судебного разбирательства (ст. 297 УК), представителей власти (ст. 319 УК), военнослужащих (ст. 336 УК). Поэтому при наличии в деянии всех признаков указанных норм должен применяться уголовный закон.

Таким образом, по нашему мнению, учет соотношения конкурирующих норм позволит решить вопрос о выборе применяемой охранительной отрасли права в конкретной ситуации.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *